ПО РОДНОЙ ГУБЕРНИИ (путевые очерки)

Хмелевец Бирюченскаго уезда. Николо-Тихвинский женский Пятницкий монастырь. Сл. Нижняя Лубянка.

(Воронежские Епархиальные Ведомости № 7 1916 г.)

Молебен на месте Космодамиановской церкви с. Хмелевец

Село Хмелевец находится в Бирюченском уезде, в урочище Казачьей писцовой: дачи, обычно называемой лесами. Свое название село получило от названия колодца — Хмелинец, — вокруг котораго осели первые поселенцы этой местности — казаки.

В селе деревянная церковь во имя Косьмы и Дамиана, в которой находится чтимая явленая икона Св. великомученицы Параскевы (Пятницы).

История этой святыни записана стариком-диаконом Петром Васильевым, который не так давно сгорел вместе с своей супругой в своем собственном доме. Этот ветеран читал опись церкви за 1795, которая в настоящее время утеряна, а также слыхал от пономаря Василия Глаголева, зятя священника Иоанна Томилина, нижеследующее.

Во владении г.г. Шидловских в лесу есть небольшая поляна под названием „колотилка», называемая в настоящее время „святильный колодезь“. До 1849 года Шидловские этим лесом не владели, а владели жители с. Хмелевца и деревни Басова. Во время весны крестьянские мальчики д. Басовой пасли на этой поляне овец и нашли здесь икону, которую принесли своему деду. Дед подумал, что эту икону кто-либо нес в церковь освящать и обронил, поэтому он в следующий воскресный день отнес ее своему приходскому священнику. Последний поставил эту икону на кануницу в надежде, что владелец этой иконы найдется. Спустя немного времени, те-же мальчики и на том же месте нашли опять икону и отдали своему деду, а дед отдал ее священнику.

В то-же время в сельце Романовке у помещика Романова была крестьянка Федора, одержимая проказою.

Однажды ей приснилась мученица Параскева и сказала ей: „отслужи молебен мученице Параскеве и вели, чтобы на колотилке вырыли колодезь, в котором ты искупайся. После этого ты будешь здорова“. Два раза являлась во сне Св. Параскева Федоре и каждый раз говорила ей все то-же. Но Федора, по приказанию своего барина, молчала. Когда же пришла к ней крестьянка с. Хмелевца Аксинья Бакулина, Федора разсказала ей все; Аксинья же разсказала своему священнику. Последний заинтересовался этим, вспомнил, как дед из д. Басовой дважды приносил ему какую-то икону, которой и опять не оказалось в церкви. Отправились на то место, где икона была найдена — и здесь опять ее нашли.

Тогда священник со всем причтом и народом отправились на это место и перенесли икону в храм. Но на следующий день иконы в церкви не оказалось: ее нашли опять на старом месте. Так было три раза. Стали служить тогда молебны пред этой иконой; вырыли колодезь, освятили его. Привезли больную Федору, омыли ее водою и она совершенно избавилась от проказы. Обо всем было доложено Владыке Арсению Белоградскому, по резолюции котораго стали служить пред этой иконой молебны, а на место, где она явилась, стали совершать крестный ход в пятое воскресенье после праздника Св. Пасхи.

В настоящее время икона эта в серебряной ризе, которую пожертвовала в 1827 г. жена валуйскаго купца Мария Маклецова в благодарность за полученное исцеление по молитвам пред этой иконой. Записаны и другия чудеса, совершавшиеся пред этой иконой.

В настоящее время ежегодно в пятое воскресенье по Пасхе совершается крестный ход к месту явления этой иконы; в этом крестном ходе участвуют не только местные жители, но и жители окрестных сел.

Домовой храм возрождающегося Николо-Тихвинского монастыря

В нескольких верстах от Хмелевца, на берегу реки Оскола находится Николо-Тихвинский Пятницкий женский монастырь. Монастырь этот существует немного более 25 лет. Прежде на этом месте было богатое и благоустроенное имение Шидловских. Инициатива устроить здесь монастырь принадлежит Вере Николаевне Шидловской, благословение же на начало сего дела всецело принадлежит Старцу Оптиной Пустыни иеросхимонаху о. Амвросию, к которому владельцы имения Шидловские относились с большим доверием и уважением. Впрочем, вернее будет сказать, что не только благословение на устройство обители, но и самая инициатива этого святого дела принадлежит приснопамятному старцу Амвросию.

Вера Николаевна и Борис Вячеславич Шидловские, заслушавшись много интереснаго о старце Амвросии, отправились к нему испросить благословение на построение церкви в с. Пятницком, около котораго находилось их имение. Старец принял их ласково, выслушал и сказал: „да зачем вам новый храм? У вас будет Собор“. И здесь же подал им мысль о монастыре и о монашестве.

А когда Шидловские решили устроить монастырь, то о. Амвросий принял самое деятельное участие в этом деле. Он призвал к себе рясофорную монахиню Севскаго монастыря Орловской губернии Марию Мамаеву и велел ей выбрать из своего монастыря десять человек подходящих монахинь в новую обитель. Мамаева так и поступила. Выбранныя ею монахини были благословлены Старцем Амвросием, для чего все оне приезжали в Оптину. В это время в Оптиной были и Шидловские; представляя им сестер из Севскаго монастыря, старец сказал: „везите их, оне положат начало обители“. Им же были направлены в новую обитель и некоторыя из светских лиц, которыя желали посвятить свою жизнь и потрудиться для обители.

План имения был у о. Амвросия; и вот, по его благословению, один из барских домов назначается для церкви.

В имении между тем началась спешная работа; дом переделывается внутри, делаются боковыя пристройки, надворныя постройки переделываются в жилыя помещения; корпус, в котором помещалась людская, переделывается в корпус для сестер, каменная конюшня и при ней постройки — в трапезную, кухню и хлебную, ссыпные амбары — тоже в корпус для сестер.

Слух, что открывается новая обитель, разнесся по всему округу и много являлось желающих попасть, но никого не принимали, не спросив предварительно благословения у Старца.

Наконец, 8 сентября 1889 года Владыкой Вениамином была освящена домовая церковь во имя Св. Николая и положено начало открытию общины, наименованной, по благословению Старца о. Амвросия, Николо-Тихвинской. Когда спрашивали о. Амвросия, почему надо наименовать обитель Николо-Тихвинской, когда в обители нет иконы Тихвинской Божией Матери, то Старец сказал: „Будет икона и будет храм во имя Тихвинской Божией Матери“.

К открытию общины все сестры, по благословению о. Амвросия, были одеты в черное платье, форма котораго тоже по благословению о. Амвросия была привезена из Шамордина.

Мария Мамаева была назначена Епископом Вениамином и. д. Настоятельницы Общины. Богослужение стало совершаться так же, как и в Оптиной.

В 1890 г. исполнились слова Старца: в этом году была привезена из Новгородской губернии икона Тихвинской Божией Матери, которая доселе находилась в имении родителей Ольги Николаевны Черепановой, много потрудившейся для обители и принявшей с течением времени монашество от о. Амвросия. С течением времени был выстроен и величественный Собор, где в настоящее время находится вышеупомянутая икона Тихвинской Божией Матери. Икона эта особенно чтится как насельницами монастыря, так и окрестными жителями.

В этом же храме обращают на себя внимание иконы: Св. Николая и Царицы Александры, Марии Магдалины, принесенныя в дар обители Государынями Александрой Феодоровной и Марией Феодоровной, также иконы Божией Матери Смоленской, пожертвованной обители в день ея открытия Епископом Вениамином, и Покров Божией Матери, пожертвованный приснопамятным о. Иоанном Кронштадским.

В трапезной монастыря находится икона „Спорительница хлебов“: в воздухе Богоматерь, а под нею — связанный в снопы хлеб. По сведениям, полученныя из Шамординской обители, о. Амвросию было видение, после котораго он позвал к себе Ивана Федоровича Черепанова (из новогородских помещиков), который умер в Оптиной монахом, и велел ему написать таковую икону.

В трапезной же висит портрет Старца Амвросия, написанный с натуры; этот портрет подарен о. Амвросиемъ как благословение обители.

Таким образом Николо-Тихвинский монастырь тесно связан с именем Великаго Старца о. Амвросия, память о котором и теперь крепко держится среди сестер монастыря. Из них некоторыя, окормляясь непосредственно от Старца Батюшки Амвросия, благоговеют пред одним его именем. Одна из таковых поделилась со мною своими воспоминаниями о Старце. Воспоминания эти так интересны, что я позволю себе привести их здесь целиком, опустив лишь то, кому они принадлежат. Эта же сестра разсказала мне и первоначальную историю монастыря, указанную мною выше. За все это досточтимой во Христе сестре приношу свою великую благодарность. „Старец был велик, свят, прозорлив. Глаза у Старца были так глубоки, что скрыть от них ничего нельзя. Когда мне сказали, что к старцу входят и кланяются в ноги, я подумала: зачем же я буду кланяться? Когда я вошла с другими посетителями к старцу, то он, выходя из своей комнатки и окидывая нас дивным взглядом, говорит: „можно с поклоном, можно и без поклонов“. Меня это так поразило, что я вся превратилась в поклон.

Потом, когда я была одна у Старца и высказала ему свое желание поступить в обитель, Батюшка серьезным тоном сказал: „Положим на одну чашку весов желание в обитель, а на другую — светской жизни: куда будет перевес“. Много предлагал вопросов, потом говорит: „желание в обитель перевешивает“. В то время я твердо почувствовала под собою почву, что буду в монастыре, а до этого у меня было колебание. Я сказала старцу, что у меня строгий отец и будет протестовать, на это Старец покойно говорит: „не такие столбы да подчинялись: смотри, как из твоего строгаго отца будет кроткий ягня“. Так впоследствии и случилось.

Я просила Старца принять меня в Шамординскую обитель, имея в виду его руководство, но Старец сказал, несколько раз повторяя: „нет, нет, в новенький воронежский“, а потом добавил: „когда будет трудно, приедешь ко мне“. Но к сожалению, больше быть мне у Старца не пришлось. Благодарю Бога и за это счастье, что я его видела“…

Рядом с монастырем, на юго-запад от него, находится село Пятницкое с деревянною церковию, около которой находится полуразрушенныя усыпальницы Шидловских.

Храм блж. Клеопатры с. Нижние Лубянки

На северо-запад от монастыря находится „Собачий хутор“, названный так потому, что во времена крепостной зависимости владелец променял этот хутор на собак. Немного дальше находится сл. Нижняя Лубянка.

Здесь каменная церковь, выстроенная на месте прежней церкви деревянной. Много заботился о церкви, о ея построении и благолепии местный помещик Евдоким Николаевич Синельников с своей супругой Клеопатрой Григорьевной. В эту церковь он пожертвовал весьма много Св. икон; от него же поступил в церковь и крест с мощами разных святых.

Ни в одной церкви мне не приходилось встречать такого обилия частиц Св. мощей, как в этой церкви. Встречаются в этой церкви интересныя иконы: напр., Крещение Господне изображено не чрез погружение, а чрез обливание; Иоанн Креститель изображен стоящим около реки, на берегу которой что-то в роде мельницы и др. Большинство из таковых икон нарисованы местными живописцами Мартыновыми.

Под церковию находится усыпальница Синельниковых, рядом с церковию — имение.

Заканчивая свои краткие путевые очерки, невольно переносишься своим умственным взором на все то, что видел и где был. Каждое место связано с целым рядом воспоминаний, которыя лишь в незначительной степени переданы мною в очерках. Но ведь я случайный посетитель всех вышеуказанных мест. Поэтому весьма необходимо, чтобы постоянные жители каждой местности сочли своим долгом составить историю своей местности. Собрать народныя предания, разобраться в письменных данных, имеющихся в архиве церкви, волостного правления и т. д. Это такая благодарная и интересная работа, что всякому потрудившемуся над нею заранее можно принести глубокую благодарность.

Из таких бы работ могла с течением времени составиться история воронежскаго края, в чем ощущается большая и большая нужда.

Для таких бы работ издаваемая ежегодно „Воронежская Старина“ с готовностию раскрыла бы свои страницы. И думаю, что от этого „Воронежская Старина“ не потеряла бы своего значения и интереса. Ведь наши Воронежския Епархиальныя и Губернския Ведомости за 60 и 70 годы прошлаго столетия тем, между прочим, и были интересны, что в них часто печатались статьи по истории воронежскаго края. И эти статьи не потеряли своего значения и интереса и доселе и это тем более, что те источники, на основании которых оне написаны, в большинстве безследно исчезли.

Мы не дорожим вообще стариной. Скажу откровенно: приходилось с сердечною болью наблюдать, как в церквах, в волостных правлениях без всякаго призора валяются весьма ценные историческия данныя, касающияся местнаго края. Пройдет немного времени и как знать: не исчезнут ли и эти данныя, как исчезали многие другие исторические акты!.., Не могу умолчать также и о старинных иконах, облачениях и т. д. Часто и это забрасывается, или переделывается, или обменивается, или просто продается в качестве хлама. Да не будет этого! Будем беречь старину! Будем ее изучать. Но если у кого нет для этого времени, а между тем у него под руками есть „матушка-старина“, пусть таковой сообщит об этом Воронежскому церковному историко-археологическому Комитету, а сам да хранит старину.

Т. Олейников

Текст набран современным шрифтом с сохранением оригинальной орфографии и пунктуации
монахом Илией (Каунниковым)

(52)

Комментирование запрещено